2016-9-22 09:38 |
или Почему так хрупки надежды на нефтяной компромисс «Современные войны начинаются задолго до их официального объявления и заканчиваются гораздо позже подписания мирного договора».
Линда Нурдлунд,
журналист Svenska Dagbladet
ПЛОХО СДЕРЖИВАЕМЫЙ ОПТИМИЗМ, с которым отреагировали рынки на пока еще предварительные договоренности России и Саудовской Аравии «на полях» форума G20 в Китае, базируется на простом убеждении, что Иран, третий ключевой участник подобного ценового сговора по баррелю, присоединится к нему уже в конце месяца в Алжире. Если судить только по экономической конъюнктуре, то все так и есть – Тегеран почти восстановил досанкционный уровень добычи, и теперь уже ничего не мешает ему соглашаться на контролируемый объем поставок черного золота на мировой рынок, как это было раньше, когда подобное соглашение сорвалось в апреле этого года. Однако, если смотреть шире, нынешняя ситуация на Ближнем Востоке, особенно в саудовско-иранских взаимоотношениях, если и изменилась с весны, то только в самую худшую сторону. На днях муфтий Саудовской Аравии и вовсе вынес иранскому руководству такфир – обвинение в неверии (непринадлежности к исламу), одна из самых тяжелых вещей в практике отношений между называющими себя исламскими странами. Данный шаг саудовцев стал высшей точкой заочного противостояния между Эр-Риядом и Тегераном в формате прокси-войн, ведущихся как минимум на нескольких фронтах руками подконтрольных группировок. Теперь риски того, что на полях сражений старые враги могут встретиться уже лицом к лицу, резко возросли. А вы говорите, нефтяной компромисс…
Подробнее читайте на dn.kz ...
